На приёме у врача. Спасли бы медики сегодня Байрона и Эйзенштейна? | История | Общество

Опубликовано: 29.01.2017 12:25

«АиФ. Здоровье» продолжает рубрику, в которой рассказывает, как раньше лечили разные болезни и как это делают сейчас. А в качестве примера мы приводим истории болезни известных людей, многим из которых сегодня могли бы помочь.

Джордж Гордон Байрон и Сергей Эйзенштейн.

Джордж Гордон Байрон

Будущий поэт стеснялся свой хромоты с дет­ства. Пытаясь компенсировать этот дефект, он научился хорошо боксировать, стрелять, фехтовать и плавать. Постоянно заботился о своём внешнем виде: модно одевался, часто менял причёски. Боялся располнеть, поэтому сидел на диетах, что было редкостью для джентль­мена того времени.

Бедный лорд

Порок проявился, как только мальчик начал ходить. Видя, что у крохи правая ножка подворачивается, мать пригласила к нему нескольких знаменитых врачей, которые постановили, что Джорджу придётся всю жизнь носить ортопедические ботинки. А пока ввиду младенческого возраста надо подождать, возможно, в процессе роста нога сама выправится.

Отец Байрона быстро промотал приданое жены, и на дорогих врачей денег не осталось. Когда мальчик в 8–9 лет начал жаловаться на боль в правой ноге, к нему пригласили местного лекаря, который заставлял Джорджа носить на больной ноге деревянную колодку. Это было очень больно, но мальчик так хотел избавиться от своего недуга, что терпел. Потом пришла очередь ещё нескольких шарлатанов от медицины, они вытягивали и вертели стопу, как хотели.

Но тут Джорджу повезло: в десятилетнем возрасте он унаследовал от умершего родственника титул лорда и большое имение. Это позволило матери увезти сына в Лондон для консультации с самыми известными специалистами. Врачи прописали мальчику ортопедический ботинок и запретили все болезненные процедуры, которыми его мучили в провинции. Титул и день­ги позволили будущему поэту получить блестящее образование и завести знакомства в самых высоких кругах.

Поездки и болезни

Окончив Кембридж, Байрон много путешествовал, чтобы избавиться от «сплина» — депрессии, которая развилась у него из-за хромоты. Во всех странах он старался найти врачей, знакомых с передовыми методами лечения своей болезни. Но всё время получалось так, что медики были вынуждены лечить его более серьёзные недуги: приступы малярии и ревматизма, «разлитие желчи», «водянку». Время от времени поэт «терял рассудок».

Непонятно, что скрывается за этими диагнозами, так как в те времена врачи могли уверенно распознать только малярию. Байрона лечили настойкой опия, хиной, рвотным корнем. Любящий всё новое и необычное, поэт с удовольствием пользовался только что открытым эфиром (в те времена им снимали боль).

В 1824 году он поехал в Грецию, поддержать местное население в борьбе за независимость. Там поэт внезапно заболел: его мучили жар, мышечная боль, сильная лихорадка. Врачи заставили Байрона принять горячую ванну и дали слабительное. Когда улучшения не последовало, пришёл черёд кровопускания и пилюль с опиумом. Больному становилось всё хуже, и через несколько дней он умер предположительно от инсульта.

Современный подход

Исход лечения косолапости зависит от степени её выраженности. При лёгкой стадии практически всегда можно достичь успеха без операции, в других случаях рекомендуется хирургическое лечение.

Консервативное лечение заключается в массаже стоп и лечебной гимнастике. Стопы малыша мягко фиксируют с помощью бинтов. Иногда бывает необходимость в жёсткой фиксации. В дальнейшем дети должны заниматься лечебной гимнастикой, делать физио­терапевтические процедуры и носить ортопедическую обувь.

Сергей Эйзенштейн

Сергею Михайловичу везло почти всю жизнь: родился в состоятельной семье, с юности занимался любимым делом — театром. В 1928 году совершил немыслимую для советского человека поездку в Америку и Европу. Получал высокие награды. Но его внезапная смерть породила массу домыслов и слухов.

Что беспокоиться?

Друзья режиссёра уверяют, что он знал о своей сердечной патологии, но ничего не делал, аргументируя это тем, что раз ему хорошо думается и творится, то нечего беспокоиться. И это при том, что его отец умер рано и внезапно, предположительно из-за сердечной недостаточности. Даже тот факт, что Эйзенштейн принадлежал к театральной элите СССР и имел возможность лечиться в кремлёвской больнице, не сподвигнул его проконсультироваться у кардиолога. Впрочем, режиссёр с удовольствием отдыхал в правительственных санаториях.

Первый инфаркт настиг Сергея Михайловича в 1946 году. Испытывая сильную боль, он всё же не захотел садиться в машину «скорой», а дошёл до личного автомобиля и отвёз себя в клинику сам. Его тут же отправили в кремлёвскую больницу, где врачи уложили больного в кровать на четыре недели и запретили не то что вставать, а даже поворачиваться. Тогда считалось, что основное в лечении инфарк­та — обеспечить пациенту на первое время полный покой, так как это предупреждает разрыв сердца. А в общей сложности держали в больнице около трёх месяцев, а иногда и полгода.

По кремлёвским протоколам

В то время считали, что боль во время инфаркта неминуемо ведёт к шоковому состоянию, поэтому врачи давали пациентам сильные обезболивающие: морфин и промедол. Необходимой считалась массивная сосудорасширяющая терапия. Постоянно следили за артериальным давлением: при его падении тут же давали камфору и даже такое серьёзное средство, как адреналин. Интересно, что нитроглицерин тогда не применяли, думали, что он ухудшает кровоснабжение сердечной мышцы. Также больному ставили пиявки и давали дышать кислородом из подушки.

В тот раз режиссёру повезло, и он, несколько месяцев пробыв в элитной советской клинике, поехал в правительственный санаторий в Барвиху.

Следующий инфаркт произошёл во время зажигательного танца с Верой Марецкой на торжественном ужине (Эйзенштейн очень любил танцевать). Но и на этот раз его успели быстро отправить в кремлёвскую больницу, где всегда было в достатке и лекарств, и медперсонала.

После второго инфаркта Эйзен­штейн испугался и договорился с соседями, что, если у него опять «прихватит» сердце, он постучит по батарее гаечным ключом. Но третий инфаркт стал последним — режиссёр не успел дотянуться до ключа.

Современный подход

Инфаркт миокарда лечится только в стационаре, в реанимации. Болевой синдром срочно купируют с помощью наркотических анальгетиков и нейролептиков. Терапия направлена на устранение сердечной недостаточности, шокового состояния и аритмии.

Назначают бета-адреноблокаторы, антиаритмические сред­ства, магнезию, антагонисты кальция, спазмолитики... При быстрой госпитализации прог­ноз благоприятный.

Лучшие комментарии