Доктор Снегирёв. Как юнга стал известным врачом Общество

Опубликовано: 31.07.2016 09:04

Случайная встреча богатейшего московского купца и талантливого юноши определила развитие российской медицины.

Владимир Снегирёв.

Однажды на корабле

В Москве конца XIX века говорили не «богат, как Крёз», а «богат, как Шелапутин». Про щедрое застолье — «угостил по шелапутинскому счёту», а когда заходила речь о дорогой покупке, замечали: «Я ещё не сделался Шелапутиным!»

Сам же Павел Григорьевич Шелапутин, знаменитый московский богач и меценат, «сделался» таковым уже в 26 лет, став учредителем Балашихинской мануфактуры бумажных изделий. Ленин в своей работе «Развитие капитализма в России» назвал её крупнейшим фабрично-заводским центром европейской России. В Москве на средства Шелапутина строились училища, гимназии, педагогический институт... При этом Павел Григорьевич был трагически несчастлив в личной жизни. Трое его взрослых сыновей умерли один за другим.

Однажды, во время плавания на корабле, Шелапутин обратил внимание на юнгу, который был чем-то очень расстроен. Стал расспрашивать: отчего такой грустный вид? Юный моряк рассказал, что хочет стать врачом, но денег на обучение нет, перспектив тоже никаких. Звали юнгу Владимир Снегирёв.

Мастодонт

Владимир Фёдорович Снегирёв родился в 1847 году. Он рано остался сиротой, учился в штурманском училище, плавал на фрегате «Смелый». Встреча с Шелапутиным определила всю его дальнейшую жизнь. При финансовой поддержке мецената он окончил Московский университет, стажировался за границей. Эта встреча без преувеличения определила и развитие российской медицины. Снегирёв — один из её корифеев, основоположник гинекологии как самостоятельной научной дисциплины. Он написал получившее мировое признание и первое в России фундаментальное руководство, которое врачи называют «энциклопедией гинекологии». Внёс огромный вклад в область оперативной гинекологии.

Гинекологические заболевания Снегирёв рассматривал как заболевания всего организма, а не только половой системы. Через четырнадцать лет после окончания университета Снегирёв уже был профессором. Именно по его инициативе гинекологию стали преподавать как самостоятельную дисциплину. Прежде лекции читались лишь как дополнение к курсу о детских заболеваниях.

Когда весной 1889 года по инициативе Снегирёва одной из первых на Девичьем Поле была построена Клиника женских болезней Московского университета (сейчас это Клиника акушерства и гинекологии им В. Ф. Снегирёва при ММА им. И. М. Сеченова), он возглавил в ней гинекологическое отделение. Клиника всегда была очень известна в Москве, по популярности не уступала грауэрмановскому роддому, здесь родились многие знаменитости. Неслучайно главный герой романа «Доктор Живаго» врач Юрий Алексеевич Живаго привозит свою жену рожать именно сюда.

Дом Снегирёва на Плющихе
Дом Снегирёва на Плющихе. Фото: Commons.wikimedia.org/ Isergil

Глава романа

Пастернак посвящает Снегирёву и клинике целую главу. Роман возвращает нас, словно машина времени, в 1915 год. «Это была вторая осень войны... Глазам Юрия Алексеевича открывались клинические задворки, стеклянные террасы особняков на Девичьем Поле, ветка электрического трамвая, проложенная к чёрному ходу одного из больничных корпусов... Вышел главный врач отделения, мастодонт-гинеколог, на все вопросы всегда отвечавший возведением глаз к потолку и пожиманием плеч. Эти движения на его мимическом языке означали, что, как ни велики успехи знания, есть, мой друг Горацио, загадки, перед которыми наука пасует».

« — Спасена, спасена, — радостно повторял про себя Юрий Алексеевич«. Но чего стоила ему попытка заглянуть в палату к супруге-роженице! Растопырив руки, перед ним как из-под земли вырос мастодонт-гинеколог в белом халате.

— Куда? — задыхающимся шёпотом, чтобы не слышала родильница, остановил он его.

— Что вы, с ума сошли? Раны, кровь, антисептика, не говоря уже о психическом потрясении. Хорош! А ещё врач.

— Да разве я... Я только одним глазком. Отсюда. Сквозь щёлку.

— А, это другое дело. Так и быть. Но чтобы мне! Смотрите! Если заметит, убью, живого места не оставлю!»

Сейчас у входа в клинику (улица Еланского, дом 2) стоит замечательный памятник Снегирёву работы скульптура С. Т. Конёнкова. Кажется, что ироничный и пылкий «мастодонт» лишь только что «прошёл мимо Юрия Алексеевича, с улыбкой поклонившись ему, и произвёл несколько плавательных движений пухлыми руками с толстыми ладонями, в смысле того, что надо ждать и смиряться, и направился по коридору покурить в приёмную».

Сотрудничество Снегирёва и Шелапутина продолжалось всю жизнь. В 1896 году был организован первый в России Гинекологический институт усовершенствования российских врачей. Он создавался в расчёте на Снегирёва. Красивое здание с угловой ротондой (Большая Пироговская, дом 11) было построено архитектором Клейном на средства Павла Григорьевича Шелапутина. А когда Снегирёв первым стал использовать для лечения рака лучи Рентгена и радий (по сути, он первый онколог в гинекологии), Шелапутин пожертвовал для покупки радия 40 тысяч рублей. Уже будучи, по выражению Пастернака, «мастодонтом» российской медицины, Владимир Фёдорович Снегирёв построил рядом с клиникой, которой отдавал всё своё время, дом, похожий на маленький замок, с башенкой и щипцовой крышей (Плющиха, дом 62, памятник культурного наследия федерального значения). Этот удивительный проект архитектора Клейна Снегирёв тоже выбрал по совету давнего друга Шелапутина.