Яков Миркин: российская экономика слаба и потихоньку слабеет дальше

Опубликовано: 11.08.2016 06:39

Нашу экономику лечили кровопусканием, считает известный экономист Яков Миркин. Своим прогнозом состояния «пациента» он поделился с читателями «АиФ».

Яков Миркин.

Экономическое чудо без кавычек

Алексей Чеботарёв, «АиФ»: Яков Моисеевич, сколько ещё нашей экономике падать? 

Яков Миркин: Не всё печально. С августа прошлого года негативные явления сглаживались. Уменьшилось падение ВВП, падение производства, выросли грузоперевозки. А в агросекторе произошло экономическое чудо без кавычек. По валовому сбору зерна мы добрались до показателей 1986-1990 гг. - не каждая отрасль может этим похвастаться. По экспорту пшеницы стали вторыми в мире. Свинина, птица - рост на 20-30% за 2 года. Сыры, масло - на 15-30%. Хотя цены на продовольствие за 2014-2015 гг. выросли больше, чем на 30%. Это по статистике - в магазине кажется, что ещё больше.

Российская экономика похожа на человека, который приходит в себя после сильного удара. Лечили больного ужасно - обёртыванием в мокрые холодные простыни и кровопусканиями. Но он выжил, встал на ноги, хотя очень слаб и потихоньку слабеет дальше.

Мы по-прежнему слишком зависимы от внешних факторов - мировых цен на сырьё, курса доллара - и ослабляющих страну санкций. Плюс - внутренний инвестиционный кризис. Инвестиции чуть больше 18% ВВП - с этим не растут, а еле-еле бредут. По-прежнему падают доходы населения, розничная торговля, производство стройматериалов, импорт оборудования. Это предвещает болото, потому что для роста нужно всё время вкладывать во что-то новенькое. Пока что минусы медленно переходят в плюсы. Но в любой момент может прилететь очередной шок из-за границы или накопятся внутренние болезни. И тогда - новое падение.

Почему же сейчас экономика на плаву? Помогают слабый рубль (хотя нашим карманам это не нравится), рост военных расходов (загрузка мощностей, рабочие места). И, конечно, рост неформальной экономики, потому что из кризиса всегда выходят садами и огородами. В тень уходит и часть бизнеса. Доля серого сектора - в районе 50% ВВП.

И мы по-прежнему великая сырьевая держава. Россия занимает в мире по производству нефти 1-2-е места, алмазов - 1-е место, газа - 2-е место, алюминия - 2-е место, титана - 2-е место. Теперь к списку наших экспортных товаров добавилось зерно. Нефть и газ есть нельзя, а хлеб можно, и пока он есть - жизнь идёт своим чередом.

- Что ждёт нас в перспек­тиве?

- Если говорить о долгосрочной перспективе, то она пока очень рискованна - стагнация, старение оборудования и технологий, растущее отставание от развитых стран мира. Поставки европейской техники и ноу-хау уменьшились катастрофически - на 35-40%. Никто не знает, поможет ли нашему росту связка с Китаем, где Россия - поставщик сырья, а Китай - средств производства... Здесь есть проблема качества. Неизвестно, будут это «копии подешевле» или действительно современные образцы. 

В ближайшие годы мы будем полностью зависеть от внеш­него мира. От Нью-Йорка, Чикаго, Лондона, где формируются мировые цены на сырьё.

Читайте также: Клинтон и китайский сюрприз. Эксперты назвали угрозы мировой экономике

Фото: АиФ/ Андрей Дорофеев

Приключения рубля и нефти 

- А что будет с рублём?

- Курс рубля - производная от цен на сырьё и состояния экономики. Сейчас, по вкусовым ощущениям, он будет балансировать на уровне 66-67 руб. за доллар. Потом его будет долго и очень сильно (всё сильнее) «качать», как лодку на море в шторм. От 75 до 90 руб. за доллар до конца года. То, что происходит с рублём в этом году, напоминает то, что происходило в прошлом, 2015 году: резкое падение в начале года, затем его укрепление и к концу года новое ослабление, потом падение.

Сейчас рубль дороже 67 за доллар - рубль переоценённый, он слишком тяжёл. Больше 70 за доллар - это уже стимул для роста, что неизбежно, через увеличение числа рабочих мест, отзовётся и на наших карманах. 

- Нефть пошла вниз, надолго ли? Как влияют на нашу экономику такие качели?

- Цены на нефть зависят только от мировых финансовых рынков. Будет нефть дороже 50 - все будут сыты и довольны жизнью. Если уйдёт ниже 35 - будет плохо. Экономика никак не может от этих внешних факторов освободиться, потому что находится в мокрых холодных простынях, которыми её лечат: это высокий процент по кредитам, «умеренно жёсткая» денежная политика (дефицит денег), очень высокие налоги и растущие административные издержки. Резервы для роста есть, может быть, только у аграрного сектора, которому доступно бюджетное финансирование и льготное кредитование. Если добавить налоговые льготы, «раскрепощение» от административного бремени, замораживание тарифов и цен, определяемых государством, умеренно слабый рубль, дешёвую землю, приватизацию в пользу среднего класса, то получим формулу роста и для других секторов. 

И каждый инструмент экономической политики должен быть подчинён лучшему качеству жизни, большей её продолжительности. Суть такой политики - отдать всё, чтобы «жить не меньше 80». 71 год и 110-е место России в мире по продолжительности жизни - стыдно.

Зоны бедствия

- А жизнь в регионах стабилизировалась? Наш кризис больнее бьёт по провинции...

- Большая часть моих корреспондентов в регионах - предприниматели. Их самочувствие зависит от близости к государству и ВПК - чем ближе, тем оптимистичнее. Но есть общая проб­лема - «пытаемся расти, но не можем, нет доступного кредита; вкладываем собственные сред­ства, но для рывка не хватает».

Многое в регионах не меняется. И раньше были низкие зарплаты, и раньше огороды и подработки спасали семьи. Но есть поистине болевые точки. Там уровень и продолжительность жизни - как в беднейших странах Африки, Азии или Океании. Это Тыва, где живут как в Судане, это Чукотка (Сенегал), Еврейская АО  (Эфиопия), Амурская область (Кирибати), Забайкальский край и Иркутская область (Восточный Тимор), Сахалинская область (Монголия), Кемеровская область (Боливия), Алтай (Намибия), Псковская область (Непал), Камчатка (Бутан)... Здесь нужны срочные программы восстановления.

Также вам может быть интересно
Оставить комментарий
Лучшие комментарии