Дно Каспия. Почему порт Махачкалы стал яблоком раздора | Компании | Деньги

Опубликовано: 11.08.2016 06:39

Дагестанцы устали от невыполненных обещаний Керимова.

Порт Махачкалы.

Морской торговый порт в Махачкале в очередной раз стал темой обсуждения на самом высоком федеральном уровне. На последнем заседании Совета безопасности в Южно-Сахалинске участники обратили внимание на возросшие объёмы хищений нефти при перевалке на нефтеналивном терминале Махачкалинского порта, принадлежащем АО «Дагнефтепродукт». Председатель Совбеза Николай Патрушев отметил, что ущерб государству достиг сотен миллионов рублей. Как говорят эксперты, федеральный центр таким образом чётко дал понять, что не намерен и дальше терпеть ситуацию, названную госкомпанией «Транснефть» криминальной. «Федеральные власти послали чёткий информационный сигнал региону — решайте вопрос. В противном случае события будут развиваться по самому жёсткому сценарию — уголовные дела, выездные проверки…» — цитируют СМИ президента Центра стратегических коммуникаций Дмитрия Абзалова.

Ситуация в Махачкалинском порту и раньше привлекала внимание федеральных и региональных СМИ. Издания сообщали, что после приватизации порт может купить турецкий холдинг Yildrim Group и предприниматель Тельман Исмаилов. Якобы договорённости о передаче морского порта уже достигнуты между предпринимателем и главой Дагестана Рамзаном Абдулатиповым.

Эксперты предполагают, что глава республики был вынужден срочно искать инвесторов прежде всего из-за пугающей перспективы скорого банкротства порта. Связанная с группой «Нафта Москва» Сулеймана Керимова кипрская компания «Аролия Холдингс ЛТД.» подала в арбитражный суд Дагестана иск к порту на 678 млн рублей. Пару лет назад эта же компания стала инициатором банкротства ещё одного крупного предприятия в Дагестане — ОАО «Дагестанские авиалинии». «Скорее всего, Абдулатипов начал переговоры с турецкими инвесторами и Исмаиловым просто от безысходности. Наверняка глава республики вёл переговоры с Керимовым, просил не банкротить порт. Но, видимо, Керимов не прислушался к Абдулатипову, и тот был вынужден в срочном порядке искать другого инвестора, ведь альтернативный исход был очевиден: порт был бы продан за долги фактическому собственнику по минимальной цене, бюджет республики лишился бы дохода, люди — работы, а предприятие — перспектив», — цитируют СМИ эксперта Института экономической политики им. Гайдара Сергея Жаворонкова.

Планы на инвесторов

О том, что порт Махачкалы могут в ближайшее время приватизировать турецкие компании вместе с Тельманом Исмаиловым, недавно сообщили федеральные СМИ. «По информации турецкой стороны, переговоры находятся на завершающей стадии, скоро Рамазан Гаджимурадович объявит о своём решении», — сообщает их источник.

Турецкий холдинг имеет достаточно богатый опыт морской торговли — свою деятельность он ведёт с 1963 года. А глава предприятия Гарип Йылдырым, как утверждают СМИ, связан с самим Реджепом Тайипом Эрдоганом — президентом Турции. Сегодня Yildrim Group объединяет компании в 11 секторах промышленности и работает в 21 стране мира.

Решение главы Дагестана привлечь турецкую компанию к данному вопросу может вызывать немало вопросов — во-первых, не опасно ли передавать стратегический российский порт турецкой стороне, которая может преследовать свои собственные интересы, не всегда совпадающие с российскими? Во-вторых, почему Рамазан Абдулатипов сам ведёт переговоры о продаже федеральной собственности, когда за это отвечают Минтранс и Росморречфлот? Ответ может быть достаточно прост, считают специалисты: острая необходимость спасать порт, откуда бегут нефтяники, заставила главу республики идти на риск и, используя давнее знакомство с Тельманом Исмаиловым, выходить на потенциальных покупателей в Турции.

Рамазан Абдулатипов не раз заявлял, что его категорически перестало устраивать положение дел в порту. Так, в интервью газете РБК он подверг резкой критике работу местного топ-менеджмента (ММТП). «Там будут проблемы до тех пор, пока люди не начнут заниматься делом. Вместо 12–14 млн оборота, на которые способен порт, речь идёт о 2–3 млн», — прокомментировал Рамазан Абдулатипов ситуацию представителям РБК. Объём перевалки через Махачкалу, как утверждают эксперты, знакомые с данным вопросом, снижается уже в течение 5 лет — с того самого момента, как к управлению приступил Ахмед Гаджиев — брат близкого друга Сулеймана Керимова и его правой руки Магомеда Гаджиева. За это время, по данным экономистов, грузооборот ММТП сократился с почти 5 млн тонн в 2010 году до 3,8 млн тонн в 2015 году. Падение перевалки вполне закономерно — недовольный беспорядками на «Дагнефтепродукте» «Лукойл» за последние три года вдвое снизил объёмы направляемой в порт нефти, переориентировав поток на коридор «Баку – Тбилиси – Джейхан», отмечают эксперты. Планомерно сокращают объёмы перевалки казахстанские нефтяные компании — об этом не так давно заявил глава «Транснефти» Николай Токарев.

«В «Транснефть» регулярно поступают обращения грузоотправителей в связи с потерями и проблематичными ситуациями при перевалке нефти из танкеров на терминал АО «Дагнефтепродукт» в порту Махачкала для транспортировки в порт Новороссийск… Криминальная обстановка на АО «Дагнефтепродукт» и бездействие республиканских административных структур фактически приводит к закрытию экспортных потоков нефти Каспия через единственную инфраструктуру Российской Федерации, принадлежащую государству», — говорится в официальном сообщении «Транснефти». 

Дальнейшее сокращение нефтяниками объёмов перевалки может иметь печальные последствия для ММТП, уверены эксперты. «Окончательная потеря таких крупных партнёров, как нефтяные компании, могла бы стать катастрофичной для ММТП и для дагестанского бюджета в том числе, — говорит директор Фонда энергетического развития Сергей Пикин. — Дело в том, что это якорные клиенты порта, крупные бюджетообразующие предприятия, за которые имело очень большой смысл побороться».

Сложившаяся в порту ситуация не могла не привлечь внимание федеральных властей. Видя положение дел в порту, в ситуацию вынуждено было вмешаться Федеральное агентство морского и речного транспорта (Росморречфлот), которое решило не продлевать контракт бывшего директора порта Ахмеда Гаджиева.

Актив — не цель, а средство

Многие эксперты отмечали, что Керимов — не долгосрочный инвестор.

«Принцип работы Керимова всегда оставался неизменным: «купить дёшево — продать дорого». Это золотое правило действовало в отношении любых активов — с «Уралкалием» так было, с «Полиметаллом», с «Мостелекомом», с группой «ПИК». Ему всё равно, в какой сфере работать, будь то недвижимость, химическое производство, металлургия — он покупает активы с чисто спекулятивными намерениями. Купил — через пару лет продал», — говорит бывший помощник одного из топ-менеджеров «Нафта-Москва».

В случае с Махачкалинским портом всё гораздо проще — как сообщают СМИ, «актив самому Керимову не нужен, он отдал его своему ближайшему соратнику Магомеду Гаджиеву, которого в группе Керимова называют серым кардиналом, и благополучно про порт забыл».

Осколки «новой индустриализации» Дагестана

Порт — не единственная сделка Керимова в Дагестане. Как считают экономисты, республика до сих пор болезненно переживает банкротство «Каспийского завода листового стекла» (КЗЛС). Согласно данным годового отчёта КЗЛС, его выручка за 2014 год составила порядка 945,5 млн рублей, а чистый убыток — 3,8 млрд рублей. Основные долги — перед «Внешэкономбанком»: в 2012 году сумма задолженности составляла 2,5 млрд рублей и около 3 млрд рублей в валютном эквиваленте, а уже через два года эти показатели выросли до 4,4 и примерно 8 млрд рублей соответственно. В результате на конец 2014 года общий объём кредиторской задолженности предприятия достиг 14,6 млрд рублей.

Аудитор годового отчёта КЗЛС группа «ПрайсвотерхаусКуперс» (PwC) сделала вывод о том, что у компании имеются признаки несостоятельности (банкротства). Вопреки заверениям менеджеров Керимова о том, что завод ни при каких обстоятельствах не прекратит работу, в аудиторском заключении сказано о «существенной неопределённости, которая обусловливает значительные сомнения в способности общества продолжать непрерывно свою деятельность».

Основной же причиной банкротства завода, в который были вложены миллиарды рублей для обновления оборудования, эксперты называли бизнес-просчёты менеджмента. Затянув сроки строительства на год, руководство КЗЛС не успело уверенно занять рынок листового стекла, на котором всего за год появилось несколько мощных конкурентов.

«Проблемы начались у предприятия потому, что за последние годы в России, кроме прочих, начал работать основной конкурент КЗЛС — завод транснациональной группы Guardian в Рязани, там же на год раньше КЗЛС появился второй завод Guardian, — говорит директор Центра политической